Судебно-правовая генеалогия оккупации Мариуполя
Нет единого указа или закона, по которому происходит конфискация жилого фонда Мариуполя. Сначала эта система была обкатана в аннексированном Крыму, а затем российские оккупанты масштабировали её на все захваченные территории Украины. Согласно этой псевдо-законной доктрине, право украинского собственника на своё имущество просто исчезает. Это вступает в прямое противоречие с украинским жилищным правом, в котором владельцы квартир в многоэтажных домах — совладельцы своего дома и земли под ним, и это право совместной собственности по закону переживает даже гибель самого дома.
Часть I
Каждая следующая ступень оккупационной системы закрывает для украинского собственника ещё одну возможность сохранить право на жильё. Последовательность тянется от крымского указа о пограничной зоне 2020 года — испытательного полигона этой системы — до федерального закона декабря 2025 года, который окончательно упразднил даже формальную судебную процедуру.
Указ Президента РФ №201 (полный текст от 29.06.2026) дополняет перечень из действующего указа 2011 года о российских «приграничных территориях», согласно которому иностранные граждане и юридические лица лишаются права на владение землёй. Этот указ расширил список таких территорий, добавив в него 19 крымских муниципальных районов и 8 городских округов Севастополя. Причём этот список не был оформлен отдельным «крымским» указом, а приложен в виде технической справки к аналогичным изменениям статуса Астраханской, Белгородской и Калининградской областей, никак не связанным с Крымом. Россия считает украинцев в оккупированном Крыму иностранцами-гражданами «недружественного государства», поэтому примерно 11 тысяч землевладельцев — более 9 тысяч из них граждане Украины — получили срок в один год с момента вступления указа в силу на то, чтобы продать или передать свою землю гражданину России, под угрозой принудительной продажи земли с аукциона или конфискации в государственную/муниципальную собственность. В этому случае компенсация, назначенная российскими властями, уменьшалась ещё на 25-50%, если выручка если выручка с торгов оказывалась ниже определённого порога (сам годичный срок указан только в базовом законе от 2011 года, а не указан в тексте этого дополняющего указа). Это первая рабочая модель основного приёма, повторённого на каждой последующей ступени: переклассифицировать украинского собственника во что-то иное, нежели обычный правообладатель, а затем просто дать истечь произвольному сроку на выполнение заведомо проигрышных условий.
Согласно федеральному закону №218-ФЗ российский Единый государственный реестр недвижимости (ЕГРН) становится единственным доказательством права собственности. После этого указ главы «ДНР» №290 (16.08.2023) запускает массовый перенос записей украинской кадастровой эпохи («ранее учтённые объекты недвижимости») в новый российский реестр через обязательные «комплексные кадастровые работы», выполнять которые может исключительно государственная кадастровая компания «Роскадастр». Этот процесс идёт независимо от того, присутствует ли собственник на подконтрольной России территории и жив ли он вообще. Оккупационная администрация Мариуполя трактует этот принцип прямо: запись в ЕГРН «исключает признание объекта бесхозяйным» — то есть именно её отсутствие и делает возможным всё, что следует дальше.
Федеральный конституционный закон №5-ФКЗ (04.10.2022) принимает «ДНР» в состав Российской Федерации, после чего в Мариуполе и на других оккупированных территориях начинают действовать российские гражданский, земельный и жилищный кодексы. Именно на этой квази-правовой основе и держится вся система конфискации украинского имущества. Без этого этапа ЕГРН и отчуждения якобы «бесхозяйного» имущества были бы невозможны даже по российским законам; а с ней российское право собственности перестаёт быть оккупационной надстройкой и становится, в собственном изложении российского законодательства, единственной правовой системой, которая регулирует право на недвижимость на оккупированных территориях.
Цепочка из трёх федеральных указов усиливает давление на собственников, являющихся гражданами «недружественных государств»: указ №1103 (24.12.2024) запрещает регистрировать их права на недвижимость без специального разрешения; №145 (14.03.2025) продлевает запрет до 01.01.2028 с крайне ограниченными исключениями для лиц, связанных с военной службой; №1006 (29.12.2025) запрещает нотариально удостоверять доверенности для той же группы — перекрывая единственный обходной путь (действовать через представителя), которым массово пользовались жители оккупированных территорий. Отдельно сформулированное требование личного присутствия заявителя из закона «ДНР» №66-РЗ называет единственным допустимым удостоверением личности при оспаривании признания имущества бесхозяйным только паспорт гражданина РФ; явка представителя хозяина или обладателя доверенности не засчитывается — это подтверждено пятью решениями Верховного суда «ДНР». Совокупный эффект: возможность сохранить право на жильё теперь напрямую зависит от гражданства заявителя, физического присутствия на оккупированной территории и произвола отдельного чиновника, но не от самого базового права на собственность.
Федеральный конституционный закон №4 (15.12.2025) упраздняет судебную процедуру признания имущества «бесхозяйным» и конфискации его в муниципальную собственность. Теперь само по себе включение в российский реестр становится основанием для конфискации на усмотрение оккупацилонных властей, безо всякой судебной стадии. Его полный текст (заархивирован 29.06.2026) добавляет новую главу в закон 2022 года о принятии «ДНР» в состав РФ: критерии права на недвижимость устанавливаются законом «ДНР» «по согласованию с» федеральным органом, ведущим реестр недвижимости (Росреестр), и тем, который управляет федеральным государственным имуществом (Росимущество); имущественное право теперь возникает в силу нового закона с момента включения в реестр, но не позднее 1 января 2030 года — это отдельный установленный предельный срок для объектов, «принадлежащих государственным и иным официальным органам Украины», не совпадающий с ограничением для физических лиц до 1 июля 2026 года. Та же статья допускает распределение жилья в пользу жителей, лишившихся своих домов, должностных лиц, госслужащих и военных; одна из норм также обещает равнозначную компенсацию жилья взамен утраченного, на усмотрение властей «ДНР» и других оккупированных территорий. А исполнительные акты «ДНР» (Закон №134-РЗ, 05.12.2024; №275-РЗ, 17.04.2026) переводят ранее федеральные нормы в местную процедуру. Это нынешнее конечное состояние системы — то, которое действует до крайнего срока перерегистрации права на имущество 1 июля 2026 года.
Метки статуса первоисточников: Заархивирован (оригинал сохранён в архиве проекта) · Процитирован (упоминается в заархивированных материалах или публикациях оккупационных властей) · По публикациям (только вторичное исследование/материалы в СМИ, первоисточник ещё не заархивирован) · Пробел в сборе данных (первоисточник по какой-то причиненедоступен).
Часть II
Пять этапов, описанных выше, не просто регулируют оккупационную бюрократию — они целиком подменяют своей логикой ту, которая в реальности должна быть применима к имуществу на этих территоориях. Мариупольский домовладелец может оставаться законным собственником по украинскому праву, и одновременно считаться отсутствующим, гражданином «недружественного государства» или незарегистрированным в российской системе, а его жильё — бесхозяйным.
| Измерение | Украинская модель | Российская оккупационная модель |
|---|---|---|
| Доказательство собственности | Украинские правоустанавливающие документы и государственный реестр прав на недвижимость остаются юридически действительными независимо от оккупации или вынужденного перемещения собственника. | Единственным допустимым доказательством права считается регистрация в ЕГРН — запись в украинском реестре на практике вообще не является доказательством права на имущество. Ступень 2 |
| Общее имущество в многоквартирном доме | Владельцы квартир и нежилых помещений по закону являются совладельцами общего имущества дома (Закон №417-VIII ст. 4). | В российском праве есть аналогичное понятие, но защита целиком зависит от того, зарегистрировали ли совладельцы своё право через регистрацию в ЕГРН, и усмотрения оккупационной администрации. Этап 2 |
| Земля под домом | Земельный участок и прилегающая территория принадлежат совладельцам; ст. 42(5) Земельного кодекса в редакции Закона №417-VIII прямо сохраняет это право даже при физическом разрушении дома. | Права на землю и жильё целиком зависят от наличия российской регистрации, усмотрения оккупационной администрации и последующего перераспределения имущества в пользу застройщиков или «маневренного фонда». Ступени 3, 5 |
| Требование гражданства | Для сохранения украинского права на имущество российское гражданство не требуется и не имеет значения. | Российское гражданство — или процедура специального разрешения через министерство имущественных и земельных отношений (МИЗО) «ДНР» — фактическое условие защиты от изъятия имущества, требования личной явки и запрета на нотариальные действия. Ступень 4 |
| Доступ к средствам правовой защиты | Собственники могут действовать через украинские правовые каналы и уполномоченных представителей независимо от своего физического местонахождения. | Собственников вынуждают явиться лично, с российским паспортом, на оккупированной территории в ограниченный срок; явка представителя или владельца доверенности не учитывается. Этап 4 |
| Конечное пользование имуществом после изъятия | Украинское право защищает интересы существующего собственника и совладельцев; механизма передачи занятой квартиры третьему лицу не существует. | Жильё передаётся в муниципальную собственность, а затем распределяется должностным лицам, военнослужащим, бюджетникам или продаётся российским переселенцам по льготной ипотеке. Этап 5 · см. уровни перепродажи (F) и распределения жилья (G) |
Эта таблица описывает только правовую коллизию, а не конкуренцию равнозначных систем права. Украина не признаёт права оккупационных властей на имущество на оккупированной территории, и ничто в правой колонке не влияет на право собственности согласно законам Украины. Данные в правой колонке приведены по той же причине, по какой весь остальной проект документирует собственное делопроизводство машины отъёма имущества: потому что российская система сама документирует весь процесс.
Первичные российские/оккупационные инструменты — Указ №26 (09.01.2011); Указ №201 (20.03.2020); ФКЗ №5-ФКЗ (04.10.2022); Указ Главы ДНР №290 (16.08.2023); Информационное сообщение администрации Мариуполя «Вниманию владельцев недвижимого имущества»; Указ №145 (14.03.2025); Указ №1006 (29.12.2025) (ГАРАНТ-зеркало); Закон ДНР №66-РЗ (21.03.2024); ФКЗ-4 (15.12.2025); Закон ДНР №134-РЗ (05.12.2024); Закон ДНР №275-РЗ (17.04.2026); Указ №1103 (24.12.2024).
Украинская модель — Закон №417-VIII «Об особенностях осуществления права собственности в многоквартирном доме» (реестр Верховной Рады), ст. 4 (общее имущество) и переходные положения, изменяющие ст. 42 Земельного кодекса (передача земли / сохранение прав при разрушении).
Российская / оккупационная модель — см. Часть I выше и legal_mechanisms_review.md — полные ссылки и статус архивации по каждому упомянутому правовому инструменту.
Этот проект ведёт автор в одиночку — без финансирования и грантов, на собственные средства и время. Если вы считаете эту работу нужной, вы можете помочь мне покрыть часть расходов.